В недавнем разъяснении Камызякского районного суда Верховный суд Российской Федерации прояснил, кто несет ответственность в ситуациях, когда долг гражданина по исполнительному листу погашается за счет социальных выплат. Несмотря на то, что законодательство запрещает забирать социальные выплаты для погашения долгов, в законе отсутствует четкое указание о том, кто должен следить за источниками поступлений средств.
Подберём формат для локальной акции, открытия или специального предложения.
Согласно мнению Судебной коллегии по гражданским делам, ответственность может быть возложена либо на финансовые учреждения, либо на судебных приставов, в зависимости от обстоятельств каждого конкретного случая.
Следует напомнить, что закон об исполнительном производстве запрещает обращать взыскание на определенные виды доходов граждан, включая пособия на детей и выплаты, связанные со смертью кормильца. Эти положения отражены в статье 101 Закона об исполнительном производстве. Если долг был погашен за счет указанных выплат, должник имеет право требовать их возврат, однако возникает вопрос: от кого именно.
Верховный суд разъяснил, что при подобных обстоятельствах необходимо учитывать дату списания средств. С 1 июля 2014 года банки обязаны проверять, возможно ли наложение взыскания на средства, поступающие на счета клиентов. Это связано с тем, что именно в этот день вступила в силу новая редакция части 8 статьи 70 Закона об исполнительном производстве. Если списание произошло до этой даты, ответственность за ошибку ложится на судебных приставов.
Такое разъяснение было предоставлено в рамках дела, инициированного гражданкой, которая подала в суд на банк. Она обнаружила, что с ее редко используемого счета списывались средства в пользу одного из банков. В результате, на ее счету исчезло почти 80 тысяч рублей. Эти списания происходили с дебетовой карты, на которую она получала только социальные выплаты, включая пенсию по утере кормильца, пособие на ребенка и компенсацию за проживание в зоне со льготным социально-экономическим статусом.
После того как она выяснила, какие средства были списаны для погашения ее долга, женщина решила обратиться в суд. Портал Право.ru обратил внимание на этот случай. В судебном разбирательстве она требовала вернуть незаконно списанную сумму, а также компенсировать упущенную выгоду и моральный ущерб, ссылаясь на статью 70 Закона об исполнительном производстве. Эта статья определяет случаи, когда банк может не исполнять требования судебного пристава, например, если на счете нет средств, либо они арестованы, операции приостановлены или в других аналогичных случаях. К таким случаям относятся и социальные выплаты, на которые взыскание наложить запрещено.
Однако районный суд не нашел в действиях банка вины и отметил, что на дебетовую карту могли поступать любые переводы. Судебные инстанции отметили, что банк не имел права проверять источники поступлений и самостоятельно принимать решение о том, следует ли исполнять указания судебного пристава. В результате было принято решение о том, что факта списания недостаточно для вывода о том, что банк причинил ущерб.
Гражданка была недовольна таким решением и обратилась в Верховный суд. Суд подтвердил выводы нижестоящих инстанций, но акцентировал внимание на статье 70 Закона об исполнительном производстве, на которую ссылалась и истец. Верховный суд отметил, что данная норма устанавливает обязанность банка проверять источники средств, но только начиная с 1 июля 2014 года. Следовательно, до этой даты действия банка, списывающего деньги по указанию судебного пристава, являются законными. Поскольку же первые списания были произведены до вступления в силу этой нормы, ответственность за проверку назначений поступлений на счет гражданки должна была нести служба приставов, которая и является надлежащим ответчиком по иску. Что касается списаний, произошедших после 2014 года, то за них отвечает сам банк, что говорит о его недоработке.
Таким образом, Верховный суд разъяснил важные аспекты, касающиеся ответственности в делах, связанных с погашением долгов за счет социальных выплат, что может иметь значительное влияние на практику исполнения судебных решений в будущем.